Пуританская библиотека

Ричард Сиббс. Конфликт души (отрывки из книги "Soul's Conflict with Itself", 1635)




Текст воспроизведен по изданию: Конфликт души. Свет во тьме: чтение и упражнения для укрепления души / Р. Харрис ; пер. на рус. яз. В. Краснощек. - К. : Рука Допомоги, 2008. - 112 с. Данный перевод выполнен по изданию: Sibbes, R. “Soul's Conflict with Itself”, in Works of Richard Sibbes (Edinburgh, UK; Carlisle, PA: Banner of Truth, 1979).

 

Тьма пугает людей. Меланхоличные люди находятся в вечной тьме. Всё им кажется темным и мрачным, и даже их собственный дух кажется им выкрашенным в черный цвет. Находящиеся во тьме видят все темным и мрачным. Даже сладчайшие утешения не приносят света тем, кто погружен во тьму меланхолии. Если мы не проявляем крайнюю бдительность , Сатана тут же воспользуется этим, чтобы причинить боль душе. Сочувствуя плоти, душа может сбиться с курса. Чтобы вы ни преподнесли меланхолику, он все воспримет и истолкует своей душе в мрачных тонах. Если его воображение искажено, он делает неверные выводы даже относительно внешних физических предметов, как это бывает у человека в бреду при различных заболеваниях. Люди воображают, что они в опасности, хотя на самом деле это не так. Могут ли они. будучи в таком состоянии, правильно судить о духовных вещах, которые органами чувств различить не могут, - например справедливо оценивать свое духовное состояние во Христе? [p. 136 of 1979 edition].

 

Среди всяких тревог нам следует заглянуть прежде всего в свое собственное сердце и именно там усмирить бурю. Ибо нам придется себе же сказать спасибо не только за наши тревоги, но и за то, что сами чрезмерно умножали их, когда они больше всего одолевали нас. Не внешние обстоятельства нарушили покой в душе давида, ибо, если бы разум его был спокоен, то не обратились бы они для него таким испытанием. Но Давид отдался унынию плоти. Непокорная духу плоть словно море, которое постоянно выбрасывает в душу ил и грязь сомнений, уныния и ропота. Будем же возлагать вину на того, кто воистину виновен. [p. 142].

 

Сущность печали состоит в том, чтобы угнетать. В то время как свойство радости – в том, чтобы нас возносить. Печаль для души словно свинец: тяжелая и холодная, она погружается в бездну все глубже и глубже, увлекая за собой душу. Чтобы показать, насколько сильно была угнетена грехами его душа, бедный мытарь опустил голову и не смел ее поднять (Лк. 18:13). Положение его тела перекликалось с состоянием его духа. И сердце его, и его разум были равно угнетены. Уловка Сатаны в том и состоит, чтобы пробираться через ограду в самом низком ее месте. Своими искушениями, обвинениями и недовольством он еще больше удручает нашу душу. Грех Сатаны низверг его с небес; угнетая нас, он практически низвергает нас из нашего рая. Он трудится, дабы ввергнуть нас еще глубже в грех – то ли в чрезмерную печаль о грехе, то ли в чрезмерную самонадеянность по отношению к нему. [p. 142].

 

Бог учредил суд в сердце человека. На этом суде совесть выполняет функцию осведомителя, обвинителя, свидетеля и судьи. Если мы мудро ведем дело внутри себя, то это предварительное разбирательство может предотвратить предстоящий суд. И великая милость Божья явлена в том, что Он так позаботился о добром имени человека и его утешении, что дал ему возможность решать проблемы внутри себя, тем самым избавив его от общественного порицания. Но если в суде этой низшей инстанции процесс не ведется должным образом и выносится несправедливый приговор, то дело будет пересмотрено в суде вышестоящей инстанции. Рано или поздно суд над вашими вожделениями состоится – то ли внутри нас, то ли вне. Мы дадим отчет не только за все свои поступки, побуждения и причины, по которым мы их завершили, - мы дадим отчет и за свои страсти и за то, чем они были вызваны. [p. 144].

 

Существует искусство или умение правильно переносить трудности. Им можно овладеть – было бы желание!  Например, если мы взвалим весь груз на одно плечо, то тяжесть груза сгибает и изнуряет все тело. Но тот же груз можно распределить так, что он не будет слишком тяжелым. Большую часть наших трудностей мы навлекаем на себя сами: мы не разделяем ношу, возлагая на себя ответственность за выполнение своих обязанностей, а остальное доверяя Богу. Когда мы слишком много внимания уделяем печали, мы не в состоянии взглянуть вверх, откуда нисходит поддерживающая нас благодать. Мы позволяем печали въедаться в нашу душу, и, как огонь иссушает кости, так печаль по нашему позволению поражает самую нашу сущность и сушит наш дух. И мы сами виновны в соучастии в том зле, которое причиняем своим телам и душам. Мы понапрасну жжем свою свечу и гасим свой свет. [p. 148].

 

Псалом 31 открывает нам превосходство души. Душа сама над собой размышляет и судит все, что из нее же и исходит. Заботы и волнения человека Божьего особым образом касаются его души. Псалом 31 говорит о главной заботе царя Давида. Все внешние проблемы направлены на то, чтобы помочь нам трудиться над душой. Когда Божья рука касается нашего тела, наших материальных благ, наших друзей, во всём этом у Него одна цель – душа. И Он не отнимет Свой перст от человека, покуда не совершит определенный труд в его душе. Давид стенал, находясь под крепкой рукой Божьей. День и ночь он ощущал тяжесть, силы его истощались как в летний зной. Поражает то, как этот великий святой человек противился Богу, покуда в конце концов не смирил свое сердце и не разрешил проблему вины и обмана совершенного им греха. Он не только исповедал пред Богом свой грех, но и обрел прощение за содеянное зло и получил исцеление плоти. В болезни или в каком ином горе крайне важно ставить Бога выше врача, то есть человеку следует начинать с того, с чего начинает Сам Бог. Когда случается пожар, человек старается вынести прежде всего драгоценности, а потом уже все остальное. Душа – это наше самое дорогое сокровище. [p. 149].

 

Возможно, в будущем мы окажемся в такой ситуации, когда во всем мире не будет никого, кто бы смог нас утешить. Мы можем заболеть ужасной заразной болезнью, и от нас отвернутся друзья. Давайте же будем стремиться все больше и больше познавать Бога и наше собственное сердце, все больше познавать своим сердцем утешение, которое нам дает Святой Дух. Тогда, даже если мы не сможем побеседовать с другом или почитать книгу, все же мы обретем утешение, заглядывая в книгу своего собственного сердца и читая то, что перстом Своего Духа написал Сам Бог. Все остальные книги написаны лишь для того, чтобы совершенствовать главную книгу – книгу нашего сердца и нашей совести. Это значит, у нас всегда есть духовный руководитель, который утешит и потребует отчета; у нас есть и врач, который излечит. С помощью Святого Духа и Слова Божьего мы можем совершить все это для самих себя. [p. 149].

 

Каждого Бог сотворил хозяином над самим собой. Бедняк, которому не над чем господствовать, все же может быть царем самому себе. Желание господствовать – это естественное стремление нашего сердца, поэтому давайте извлекать пользу из нашего стремления царствовать над собой. Как управлять своими страстными устремлениями? Как быть хозяином своего дома – своего сердца? Превозмогают ли вас ваши вожделения и подчиняют ли себе разум? Когда мы научимся мудро руководить своим духом, тогда мы сможем руководить и другими людьми. «В малом ты был верен, над многим тебя поставлю» (Мф. 25:21). «Владеющий собою» в глазах мудреца «лучше завоевателя города» (Пр. 16:32). А не владеющий собою подобен городу без стен, и всякий находящийся в городе том, может выходить, и враги его могут войти в него по своему усмотрению (Пр. 25:28). Так, там, где нет самообладания, процветает грех, и Сатана беспрепятственно входит, когда пожелает. [p.149].

 

Всякий человек причиняет боль прежде всего самому себе. Зло привлекает нас и, отвращая нас от истинного блага, угождая нашим же похотям, заманивает нас ложным благом: «Бог никого не искушает» (Иак. 1:13). Сатана не имеет над нами больше власти, чем мы ему позволяем, открывая ему свое сердце и увлекаясь собственными похотями. Сатана трудится над страстными устремлениями нашей души, увлекая нас. А когда мы, заглатывая его приманку, попадаемся на крючок, эти устремления начинают порабощать нашу волю. Другими словами, Сатана не работает непосредственно над нашей волей. Только самим себе мы должны воздавать должное за то, что охотно гоняемся за всем тем, что предоставляет нам Сатана, используя все свои уловки. Злой дух не мучил царя Саула, пока царь сам не дал волю своему злому духу зависти (1 Цар. 16). Дьявол не вошел в Иуду до тех пор, пока алчное сердце Иуды не позволило ему войти в него (Мф. 27:1). Предупреждая об опасности безрассудного , долгое время таящегося в сердце гнева, в подтверждение своих слов апостол Павел приводит убедительный довод: такой гнев дает место дьяволу (Еф. 4:27). Очень опасно отказаться от Божьего руководства и оказаться под влиянием Сатаны. Сатана смешивается с нашими собственными страстями. Поэтому мы должны стыдиться в первую очередь самих себя, и судить себя строжайшим образом. Проблема заключается в том, что наше самолюбие побуждает нас переложить вину за свои дурные поступки на других; а это в свою очередь лишает нас способности давать себе верную оценку. [p. 151].

 

Сатана смешивается с нашими собственными страстями. Поэтому, в первую очередь, мы должны винить себя, более всего стыдится себя, и именно себя судить строжайшим образом. Однако самолюбие учит нас противоположному методу: перекладывать на других ответственность за свои проступки. Самолюбие лишает нас способности правильно относиться к себе. Мы хотим знать соответствующие названия каждой болезни тела. А между тем греховные устремления своей души мы описываем не столь сильными и строгими терминами и относим их к категории не таких страшных. Поддаваясь самолюбию, похоть мы называем любовью, ярость – праведным гневом, ропот – святым протестом. Как же мы можем надеяться на правильное лечение, если ставим своей душе такие диагнозы? Грех не только сделал все творения нашими врагами, но и нас самих сделал нашими же злейшими врагами. Так не следует ли нам обратить свои жалобы против себя же  и исследовать самих себя тщательнейшим образом? Как же еще мы сможем верно оценить то, что находится вне нас, над нами или под нами? Когда солнце восходит, своими лучами оно освещает прежде всего ближайшие предметы, а потом более отдаленные. Когда на нашу душу проливается истинный свет, сначала он раскрывает внутри нас плохое.  [p. 151-152].

 

Во всех разочарованиях самой большой проблемой богобоязненного человека остается проблема его собственного сердца, и он должен научиться переносить эти периоды. Покуда душа человека пребывает в его теле, в ней происходят всякого рода конфликты. Первый – между одним порочным вожделением и другим. Например, конфликт между жадностью и гордостью: гордость толкает к растратам, в то время как жадность стремится удержать. Грех борется с грехом, и больший из них часто одерживает победу над меньшим. Душа в этом случае подобна морю, волнуемому разными ветрами. Или же ее можно сравнить со страной, где народ восстал на царя и друг на друга. Во-вторых, происходит  естественный конфликт между чувствами, благодаря которым наша природа стремится к самосохранению. Например, конфликт между гневом и страхом: гнев побуждает к мести, в то время как страх перед законом усмиряет душу. Даже животных страх заставляет усмирять свои аппетиты. Волк, к примеру, не трогает овец, если видит пастуха на страже. В-третьих, возникает конфликт между некоторыми грехами и светом разума, побуждаемого совестью. Например, если человек хочет сохранить о себе хорошее мнение, он будет воздерживаться от удовольствий, к которым тянет его сердце. В-четвертых, плотские люди могут вкусить духовности в церкви, и это побудит их быть более нравственными и внешне послушными, в результате чего они не будут с такой легкостью грешить, как люди вне церкви. В-пятых, возникает конфликт между освященными силами души и греховной природой (плотью). Обычно плоть, пребывающая в душе дольше (так как мы сначала плотские, а потом духовные), побуждает нас разрабатывать обманчивые стратегии (как Исав, который вышел из утробы матери первым, а за ним – Иаков, Быт. 25:25). Оказывается, в этом духовном конфликте есть нечто лучшее, нежели душа, и это нечто имеет власть над ней. [p. 152-153].

 

В грехе душу не только охватывает удручающее чувство вины – ее наполняет страх Божьего наказания и терзают внутренние муки. В грехе также проявляется 1) Противодействие Божьей святой природе; 2) Противодействие божественной природе и образу Бога в нас; 3) Душа слабеет и удаляется от добра; 4) Нарушается прежнее общение с Богом. Грех по своей природе – это уход от Бога, Источника силы и утешения, Бога, Который во все времена остается верным Своему творению. Душа, прежде не раз вкусив благости Божьей, теперь опечалена. В этой печали она испытывает не только вину и трудности, которые навлекает на нее грех, но также внутреннее противостояние и ненависть ко греху. Душа ненавидит грех как грех, то есть как единственное, что отделяет ее от Бога. Эта ненависть основана не столько на логических доводах разума, сколько на самой природе противостояния – душа восстает против своего врага. Подобно ягненку, который убегает от волка просто по причине их крайней противоположности, антагонизм не нуждается в убедительных доводах, но заставляет убегать при первом виде объекта, с которым он не совместим. [p. 154].

 

Богобоязненный человек является агентом, который противостоит собственной испорченности и пациентом, который терпеливо переносит испытание ею. В то время как плотский человек является тайным агентом который пребывает в своих пороках и работает на них и пациентом, который сопротивляется всякий раз, когда ему пытаются помочь бороться с ними. Человек богобоязненный страдает от зла и делает добро, а плотский человек страдает от добра и делает зло. [p. 154].

 

Давайте тщательно исследуем наши души и рассмотрим причину и основание нашего противостояния греху и участия в Божьих битвах. Религиозный человек не отчаивается, если каким-то образом подрывается его служение Богу или если ему недостает внутренней свободы служить Богу с радостью. Но человек богобоязненный беспокоится из-за своих трудностей и неприятностей, потому что это мешает его душе поддерживать близкое общение с Богом, которым он наслаждался прежде и которое желает обрести снова. Он переживает, потому что воды его души волнуются и образ Христа не сияет в нем так, как сиял раньше. Его тяготит то, что его любовь и стремление к Богу ослабели, что он охладел к заповедям Писания, усомнился в том, что Бог благосклонен к нему. Утешения и печали Божьего человека сокрыты от мира; они чужды плотским людям. Пускай же наше отношение к немощам своего сердца будет мерилом нашего духовного состояния. Если они нас беспокоят, у нас есть основание утешаться тем, что наш дух водим высшим Духом. Давайте любить труд благодати, совершаемый в нас, ибо благодаря ему мы не предаемся незначительным переживаниям, которые препятствуют нам в стремлении к наилучшему состоянию. [p. 155].

 

Нам следует печалиться из-за своих грехов, но как узнать, не чрезмерна  ли печаль? Первый признак чрезмерности проявляется тогда, когда печаль отвлекает нас от Слова Божьего или каким-либо иным образом мешает исполнять данные в нем повеления. Она наносит вред, если мешает душе сосредоточиться на своей ответственности, если делает нас неспособными исполнять обязанности, возложенные на нас нашим призванием. Христос испытал на кресте глубочайшую печаль, однако это не помешало ему позаботиться о Своей матери (Ин. 19:26-27). Также и разбойник (Лк. 23:42), перенося боль и страдания на кресте, стремился привести к Богу соучастника и прославить Христа. Мы не должны погружаться в свою печаль настолько, чтобы забыть о Божьем милосердии и выполнении своих обязанностей. Второй признак чрезмерной печали проявляется в том, что погружаясь в печальные мысли, мы забываем об источнике нашего утешения. Когда мы болеем, мудрый врач обычно рекомендует нам какое-то время придерживаться определенной диеты (не есть чего-то, что может быть полезным в другое время), если он уверен, что это поможет лечению. Таким же образом во времена уныния мы должны сдерживаться и не лелеять мысли о своей греховности, хотя в другое время это может быть полезно. Здесь весьма благоразумно размышлять на соответствующие темы и не думать о том, о чем не следует. В-третьих, печаль – плохой советчик, если она наносит вред здоровью или же побуждает душу к незаконным способам облегчения боли. [p. 156].

 

Бог создал душу и вложил в нее чувство глубокой привязанности таким образом, чтобы она могла откликаться на все Его призывы, с которыми Он обращается к Своим детям. Когда Бог открывается душе, то в ответ она должна настежь распахнуть себя перед Ним. Когда Бог простирает к нам Свою руку, мы должны открыть Ему своё сердце. Когда Он показывает, что не доволен нами, мы должны скорбеть. Когда Он посылает нам тревоги, мы должны тревожиться и скорбеть. Как бы Бог ни являл Себя нам, душа призвана откликаться соответствующим образом. Она должна быть готова предстать перед Ним в любой момент и откликнуться на каждое из Его качеств. Радуйтесь, когда вы чувствуете в себе призвание к этому. Скорбите, если Он призывает вас к этому. Короче, трудитесь, дабы во всяком деле и во всем, что с нами происходит, познать Божье самооткровение и его смысл. [p. 158].

 

Наши страстные устремления можно назвать ветром души. Душа двигается в нужном направлении, во-первых, когда ее движение ничто не сдерживает, во вторых, когда она не попадает во власть стихий настолько, что она становится неуправляемой. Совершенствуемые Духом Святым, наши устремления становятся настолько уравновешенными, что они не возносятся слишком высоко и не падают слишком низко – но идут в верном, стабильном направлении. Наши страстные устремления не должны превращаться в неуправляемые вожделения, ибо они уподобятся реке, вышедшей из своих берегов, и понесут с собой много грязи и ила. Хотя страстные устремления являются ветром души, неукротимые вожделения становятся бурей в душе и сметают все на своем пути, если их не укротить. Как мы видим на примере жизни давида пс. 41, если наши страсти не управляют нашим сердцем правильно, мы оказываемся в опасности внезапных порывов ветра. Христианин не должен быть ни мертвым морем, ни бушующим. [p. 159].

 

Таким образом, мы должны понимать, что в богобоязненном человеке присутствуют два «я»: одно «я» должно отвергать, а другое – быть отверженным. Если вы хотите усмирить душу, попавшую под влияние греховного «я», не заводите споров и диспутов, подавая повод греху. Враг, севший за стол переговоров, рано или поздно сдастся. [p. 161].

 

Наилучшим образом проверить состояние человека можно, узнав, что, согласно его оценке, составляет его «я». Богобоязненный человек считает своим «я» внутреннего освященного человека, благодаря которому он связан со Христом и лучшей жизнью. Другой человек ценит мирские наслаждения, удовлетворение своих плотских желаний, свою репутацию в глазах людей, свои дары и способности, или что-то, чем он владеет. Именно это он считает своим «я», и согласно этому дает себе оценку. Все его мысли и усилия направлены на служение этим ценностям, и он очень печалится, если что-то им угрожает или кто-то лишает его их. Богобоязненного человека во всех трудностях больше всего беспокоит он сам, а именно – его неповиновение. Состояние его внутреннего человека беспокоит его больше, чем любые внешние проблемы. Сильный дух не будет чрезмерно переживать о внешних испытаниях. Когда дух наслаждается внутренним светом, его мало волнует внешняя тьма. Когда дух твердо стоит на пути, его не волнуют внешние перемены. Сильный и здоровый дух справится с внешними болезнями. Если наше сердце исполнено покоя, то ничто извне не в силах нарушить этот покой. Это и есть утешение святого человека: хотя состояние его внутреннего «я» и мучает его, все же дух, пребывающий в нём (его лучшее «я»), постепенно вытесняет то, что ему противостоит. Как весенние чистые ручьи уносят всю грязь, так и душа постепенно очищается. Но плотский человек словно загрязненный ручей, который не может очиститься, потому что загрязнен сам источник. Загрязненный источник не может сделать ручей чистым. [p. 161].

 

Богобоязненный человек подвергает оценке все, что выпадает на его долю – и доброе, и злое, - то ли это благоприятствует его наилучшему состоянию, то ли это ему препятствует. Если все содействует его духовному благу, то и все происходящее с ним он принимает как благо. [p. 162].

 

Размышляя над несчастьями, которые рано или поздно неизменно постигнут нас в жизни – такие, например, как расставание с друзьями и земными радостями, смерть, - стремитесь понять, какой смысл Бог вложил в них и как извлечь из них духовные блага. Когда вы думаете о земных радостях, доставляющих вам наслаждение, напоминайте себе, что рано или поздно с ними придется расстаться, тем самым усмиряя свою страсть к их усладам. Подумайте, как вы переживаете этот момент, когда он наступит. Если мы не хотим, чтобы печаль овладела  нами, когда наступит момент, которого мы боимся, мы должны предвидеть и предупреждать их. Мы должны удостовериться, что наша привязанность к вещам, которые мы лелеем более всего остального в мире, не настолько сильна, чтобы лишить нас огромной частицы нашего сердца, когда нам придется расстаться с ними. Тот, кто слишком сильно любит, будет всегда слишком сильно горевать. Сила нашей привязанности определяет остроту боли. Жизнь христианина должна постоянно быть наполнена размышлениями о том, как избавиться от страстных устремлений к земному. [p. 163-164].

 

Когда нас постигает страдание, нам нужно быть очень осторожными, чтобы не примешать к нему наши собственные вожделения. Мы не должны впускать грех в эти страдания, как не должны смешивать его с ними. Грех, привнесенный нами в наши страдания и смешанный с ними, заставит наш дух страдать еще больше, чем он страдал бы от самой проблемы. Нам не будет вреда, пока не причинен вред душе. Бог не наделил творения властью вредить нашей душе. Это мы можем сделать только сами, предав себя и восстав против своей же души. [p. 164].

 

Признак победы над собой. Во-первых, когда мы повинуемся Божьему Слову, мы радуемся не столько похвале, которую получаем в награду за свой поступок, сколько духовному благу, которое он приносит людям в результате такого повиновения. Верным признаком победы над собой является и то, что мы испытываем удовлетворение, утешаясь своим благим намерением, даже если оно не приносит нам никаких видимых благ, но более того – доставляет разочарование. Во-вторых, из любви ко Христу можем свободно противодействовать всему, к чему естественным образом стремится наше плотское сердце. В-третьих, мы принимаем помощь Духа Святого, который производит в нас качества, прямо противоположные нашим греховным природным привычкам и склонностям. Когда в результате усердных молитв и непрестанного труда в нас проявляется нечто не свойственное нам, - это верный признак победы над собой. В-четвертых, мы судим себя, будучи беспристрастными к своим личным интересам и не угождая себе. В-пятых, мы с готовностью и охотой откликаемся на любую возможность познать свое сердце. И как только в нем обнаруживается какое-то греховное устремление или не угодная Богу цель, благочестивое сердце отзывается так, как если бы в нем обнаружен был его злейший враг. В-шестых, мы начинаем любить своё здоровье, душевный покой и материальные блага только ради того, чтобы с большей свободой духа служить Богу, делая добро окружающим. Благодать побуждает нас делать добро людям, и добрая душа не станет довольствоваться только обладанием чего-либо. В-седьмых, мы стремимся хранить верность Божьему делу и делу церкви, невзирая на то, что с нами может случиться. Если мы можем претерпеть любое страдание и выстоять любое человеческое противодействие ради благих целей, то это верный признак того, что мы победили своё самолюбие. [p. 169-170].

 

Причина, по которой воображение так сильно влияет на душу, заключается в том, что оно возбуждает сердечные устремления согласно тому хорошему или плохому, которое оно предвидит. Наши устремления пробуждают чувства тела, поэтому часто наши тела и души приходят в смятение одновременно. Все происходящее влияет на душу в следующем порядке. 1) Мы видим объект. 2) Воображение воспринимает его как нечто хорошее и приятное, или же несущее вред и боль. 3) Если объект положителен, то наши желания страстно устремляются к нему; если он отрицателен, то мы с отвращением его отвергаем. Наши страстные устремления возбуждаются в соответствии с нашим восприятием предмета. 4) Сердечные устремления пробуждают чувства тела. 5) Благодаря согласованности действий души и тела, внутренний человек управляет внешним человеком таким образом, что это влияет на все его естество, и зачастую – пагубно. Каким бы пустым и ветреным ни казалось нам воображение, оно сильно влияет на нас. Воображаемые проблемы так же сильно влияют на нас, как и реальные. Воображение может причинять вред следующим образом: 1) давать ложные представления; 2) поспешно осуждать что-то, не предоставляя это на суд нашему уму для надлежащей оценки; 3) самоуверенно фабриковать факты и творчески манипулировать ими; 4) измышлять суету и беды (попадая под влияние греховной природы и получая поощрение от отца всякой лжи и его приспешников). [p. 179-180].

 

Усердно стремитесь подчинить эти побуждения вашей души Божьей истине и Духу. Вышедшее из-под контроля воображение становится диким и неуправляемым. Под его влиянием низшее в человеке начинает управлять высшим. Воображение воспринимает все, как ему хочется: зло представляет добром, если это выгодно чувствам; и добро – злом, если это противно внешнему человеку или представляет для него опасность. Открывайте реальность своей душе. Раскрывайте перед ней истинные богатства и истинные несчастья христианина; что по-настоящему является честью и бесчестием, истинной красотой и уродством, истинным достоинством и унижением души. Напоминайте себе те истины, которые разрушают суетное воображение: величие и благость всемогущего Бога и Его любви к нам во Христе; небесные радости и муки ада; последний день, в который мы дадим отчет; тщетность всего земного и ненадежность нашей земной жизни. Обуздывайте свое воображение и ограничивайте его рамками конкретного истинного объекта, если оно сосредоточено на пустой суете. [p. 180-182].

 

Воображение является направляющим колесом души, и если оно двигается в неверном направлении, то это влияет на все остальные колеса. Двигаясь, оно вовлекает в движение все остальные силы души. Поэтому важнее всего правильно запустить колесо воображения. Что воображение задумает, то обычно решает суд, то выбирает воля, к тому устремляются привязанности или то от себя отторгают, и то выполняют члены тела. [p. 182].

 

Мы должны заставить свое воображение служить нам духовно. Бог снизошел к нам, чтобы представить нам небесное земными понятиями. Небеса он описывает как пир, ад – как нечто ужасное и мучительное, наши отношения со Христом – как брак, Самого Христа сравнивает со всем прекрасным, что есть на небе и на земле… Это предоставляет большое поле для нашего воображения, приносит нам пользу, а не вред. Для освященного воображения все будет указывать на небеса, будет «лестницей, ведущей к небу»: если гнев земного царя подобен реву льва, то что говорить о Царе Царей (Прит. 19:12)? Мы наслаждаемся пиром, но насколько больше мы будем наслаждаться нескончаемым пиром доброй совести (Прит. 15:15)? Если встреча старых друзей доставляет нам столько радости, то насколько мы будем радоваться встрече на небесах? Нам не нужно ничего выдумывать или изобретать по поводу того, что есть добро и истина, поскольку эти образы даны нам в самом Писании, - стоит лишь подключить воображение, раскрасить эти образы, осветить их, тем самым укрепив свою уверенность в них. Писание помогает и нашей вере, и нашему воображению одновременно. [p. 185].

 

Величайший и тяжелейший труд христианина – наведение внутреннего порядка в своем сердце – наименее заметен. Есть здания, наибольшая часть которых находится под землей. Чем меньше мы позволяем себе грешить здесь, под землей, тем более убедительным будет свидетельство нашей искренности. Наш внутренний человек связан лишь законом Духа благодати, в соответствии с которым мы сами себе закон (Рим. 2:14). Покаяние благочестивого христианина начинается там, где зачинается его грех – с его мыслей. Это первое, что исходит из сердца (Мк. 7:21). Своё почтение пред Богом мы выказываем, если настолько благоговеем перед Его Всевидящим оком, что воздерживаемся от всякой оскорбительной для Него мысли. То, от чего ни одно творение на земле не может нас удержать, - мыслить злое в наших сердцах, - мы с готовностью отвергаем из любви к Небесному Отцу. [p. 188].

 

Божье благословение непременно сопутствует друзьям, которые объединились, чтобы заботиться друг о друге и наблюдать за путями друг друга. Утешение – призвание ангела и служение Духа Святого (Утешителя). Дух Святой может давать нам свое утешение непосредственно, а также утешать наши сердца через слова других людей. В лице друга мы видим благость Бога. Но иногда окружающие могут и препятствовать освящающему труду, совершающемуся в нашем сердце через страдания, 1) давая несвоевременные советы или читая ненужные лекции; 2) предлагая ложные средства помощи и 3) обращая человека к ложным источникам утешения. В таких случаях даже друзья, исполненные благих намерений, становятся духовными предателями, действуя совместно со своими злейшими врагами – своими же похотями и желаниями. Благословен идущий к небесам с неунывающими и мудрыми проводником и попутчиком – с тем, у кого при себе всегда есть средства помощи ослабевшему духу. Мы проявим мудрость, выбрав себе в попутчики такого человека, который будет укреплять нас и помогать нам в пути. Если нам все равно, кто идет рядом с нами, это знак того, что наше сердце омертвело. Где живут по благодати, там различают, что является преимуществом для души на ее пути к небесам, а что – преградой на нем. [p. 192-193].

 

Сама жизнь и душа дружбы заключается в свободе, которую сдерживают мудрость и верность. Если вы стремитесь быть орудием помощи и утешения, то в вас должны сочетаться следующие духовные качества: (1) библейское понимание проблемы души и мудрость слова: давать своевременный совет и молчать о том, что может воспрепятствовать исцелению; (2) непрестанная верность и обязательство не умалчивать о том, что может принести человеку благо, даже если в данный момент это ему не по душе; (3) Любовь с терпением и состраданием - неизменная библейская надежда в любых обстоятельствах, устойчивая к своенравности того, кому вы помогаете. Если в друге-христианине присутствуют все эти добродетели как плод Духа Святого, и страдающий человек ясно видит их, он будет с готовностью внимать Писанию, которое преподносится таким орудием Божьим. Хорошее мнение о характере помогающего обладает не менее убедительной силой и приносит не менее доброго плода, чем его слова. Слова по-особому действуют на сердце тогда, когда проистекают скорее из любви‚ нежели из твердых убеждений; когда исходят из глубины смиренного сердца и личного опыта, что свидетельствует о том, что это сердце воплощает Божье Слово в своей личной жизни. Жизненные испытания даже Христа сделали более сострадательным Первосвященником. [p. 193].

 

Чтобы дать истинное утешение человеку, которого постигло какое-то горе, нужно определить настоящий источник его страданий, докопаться до корня. Если источником страданий являются внешние причины, то и реакция соответственно должна быть направлена в нужное русло. Когда человек выражает боль, причиняемую ему испытаниями и страданиями, это вызывает в нем еще больший протест против греха как зла всех зол. Если же страдания являются последствием греха, то ему следует дать четкое определение, подобно тому как диагностический анализ определяет раковую опухоль, чтобы хирург мог успешно сделать операцию. Если дух удручен грехом, который был четко выявлен, и человек искренне и глубоко покаялся, то сразу нужно предложить утешение. Когда Дух побуждает совесть исповедать свой грех и тем самым избавиться от страданий, необходимо ободрять ее и способствовать ей в этом, пока мы не увидим глубоко сокрушенное сердце, готовое обрести истинное утешение. Когда Павел увидел крайне удрученного духом тюремного надзирателя, он не стал еще больше его бить законом, с тем чтобы обличить его. Этот сокрушенный грешник не нуждался в подготовке к принятию милости: этот труд уже был совершен в нем. Поэтому Павел призвал тюремного надзирателя уверовать в Господа Иисуса Христа (Деяния 16:31). Греховное сердце не может обрести истинного мира, пока не осознает свой личный грех, произрастающий от корня и дающий плод. Этого естественная совесть сделать не сможет. Но если мы видим этот знак благодати, истолкователь и пророк (мудрый христианин) должен призвать к этой бедной душе Христову праведность и милость, которые принадлежат ей по вере. Сатана старается скрыть от унылой души освящающий труд Христа, и поэтому в такие времена мудрый друг должен предложить утешение, которое Христос приобрел и тщательно бережет для этого сокрушенного чада Божьего. Души, претерпевающие горе, в боли и смятении зачастую не могут без помощи мудрых, проницательных христиан понять состояние своих сердец перед Богом. [p. 194].

 

Для Божьих детей все трудности имеют освящающее значение. Страдания вырывают их из своей скорлупы, когда они уходят в себя, и приближают их к Богу. Болезненные переживания и внешние испытания сами по себе все больше удаляют нас от Бога, но всевластный труд Духа Святого приближает нас к Нему все больше и больше. Страдающая душа готова предаться отчаянию, думая, будто ее вина перед Богом столь велика, что Он никогда не явит ей Своей милости и благосклонности; Сатана же еще больше обвиняет ее и глубже увлекает в бездну беспомощности. Сатана старается увеличить пропасть между страдающей душой и Богом. Христиане, не позволяйте своим размышлениям утопить вас в бездне болезненных переживаний, вызванных внешними проблемами. Смотрите, куда они Вас уводят. Приближают ли они вас к Богу, или нет? Верный способ узнать, находитесь ли вы в состоянии благодати, - это определить, приближают ли вас к Богу все обстоятельства вашей жизни. Если да, то это свидетельствует о вашей любви к Богу и о том, что вы призваны Тем, Кто все обращает к вашему благу. [p. 198-199].

 

Мы видим, что Дух Божий пробуждает нашу душу внутренними речами и побуждает непрестанно упражняться в благочестии, заставляя благодать веры исполнять в этом свою надлежащую роль. Душу сохраняет не столько наличие самой благодати, сколько упражнение в благодати. Посему мы должны «возгревать дар Божий» (2 Тим. 1:6), дабы он не терял свою силу и мощь. Давид обладал хорошей привычкой взывать к своему сердцу и своей арфе, дабы они пробудились (Пс. 56:9). Дремлющая благодать, в которой человек не упражняется, не поддерживает нас. С точки зрения жизненного опыта, благодать безжизненная практически равносильна благодати бездейственной. Душа без действия словно инструмент, на котором никто не играет, или корабль в гавани. Движение вперед – залог чистоты всего. Проблемы пробуждают Давида, и под их влиянием он пробуждает себя.  [p. 199].

 

Голубь Ноя не нашел себе места и прилетел обратно в ковчег, откуда был выпущен. Бог являет свою милость к нам в том,  что когда мы перестаём взирать на Него, мы нигде и ни в чём не находим покоя, а только одни беды и тревоги. Бог делает это для того, чтобы мы помнили, как низко мы пали, и возвратились домой. Та беда хороша, которая освобождает нас от величайшей из бед и вместе с тем приносит нам наивысший покой. Без Бога может быть лишь неугомонная тишина и беспокойный покой. Когда человек ищет чрезмерного успокоения в творении. Это навлекает на него духовное осуждение. Стоит Духу Святому однажды прикоснуться к душе, и она уже никогда не найдет покоя, если не будет взирать на Бога. [p. 200].

 

Давид не думал о доверии Богу до тех пор, пока не свершил справедливый суд над своей душой, обуздав ее бесчинные побуждения. Прежде чем мы с дерзновением попросим бога о прощении и обретем милость Его прощения, нам следует осудить свой грех. [p. 200].

 

Все, что есть доброго в творении, берет свое начало в Боге как в Первоисточнике, и именно в Боге оно обретает удивительное превосходство и всю полноту. Вся благодать и святость, вся сладость любви и преданности, вся сила и мудрость присутствуют в Нем во всей полноте, в различной мере исходя из Него и словно яркими лучами освещая эти качества в Его творении. Наблюдая, как эти свойства в различной степени отражаются в Божьем творении, мы смотрим ввысь и размышляем  о той полноте, которая свойственна исключительно Богу, о несовершенствах творения и совершенстве Творца. Все, что явлено в Творце в наивысшей степени, явлено в нас в тусклом отражении и искрится в нас. [p. 204].

 

Когда мы даем советы другим, нам недостаточно быть мудрыми в общем смысле этого слова. Мы должны лично пережить и глубоко познать то, о чем спрашиваем подопечного, тем самым являя свое глубокое уважение к Божьим дарам и выявляя их самые различные виды. Стремясь к чему-то с вожделением, мы действуем не как люди или христиане, но как животные. Чем сильнее вожделение, тем меньше благоразумия, поскольку вожделение затуманивает душу и скрывает от нее все то истинное, что необходимо воплощать. Если эти вожделения обузданы, а душа очищена и искуплена, то уже ничто не может воспрепятствовать действию Божьего Духа. Душа, словно чистое зеркало, приготовлена принять свет свыше. Именно по этой причине умерщвляющие свою плоть христиане наилучшим образом снаряжены для консультирования в исключительных случаях, характерных для жизни христианина. Во всяком консультировании извлекайте те уроки, которые как вам подсказывает ваша совесть, наиболее всего полезны вашей душе. Помните: совесть – это Божий посланник, живущий в нас, а потому к ней следует прислушиваться только под водительством Бога. Поскольку человеку не свойственно знать своих путей, нам следует взирать на Христа, Великого Советника Своей церкви, чтобы Он послал Духа, который даст нам совет и укажет направление – осветит наш путь перед нами, предлагая нам: «Вот путь, иди по нему». Доверившись Богу, мы должны сразу же, без отвлекающего нас от Бога страха стать на путь, к которому Он направляет наши сердца. [p. 210-211].

 

Истинная, живая вера противостоит всему, что восстает против Бога в нас и вне нас. Она пленяет и покоряет все, что в нашем сердце восстает против Бога; она противостоит всему, что восстает на душу. Жить по вере – значит взирать на Бога во Христе сквозь призму обетований, лишая души всякой иной опоры и вверяя их Богу в надежде обрести избавление и поддержку во всяких невзгодах, в настоящем и будущем, - исполненном то ли радости, то ли тревог, - и обрести все блага, которые Бог считает для нас наилучшими. Истинное доверие готово к испытаниям и проверка; оно готово принять испытания, выдержать их и упорно преодолевать их вопреки всякому противостоянию. Истинная вера – это зависимость от Бога в любых обстоятельствах, есть ли у нас средства или же эти средства не оправдались. Истинная зависимость предельно осторожна со всеми средствами. Если Бог определил порядок средств, то нам не следует ожидать, что Он изменит этот обычный порядок Провидения для нас. Плодом такой самоуверенности, основанной на догадках, станет вполне заслуженное разочарование. Чем больше мы полагаемся на мудрого врача, тем более внимательными мы должны быть к его указаниям и тем тщательнее должны исполнять его предписания. Мы должны прибегать к средствам только лишь как к средствам и не ставить их на место Бога, ибо это верный способ разрушить наши надежды. Если мы хотим лишиться чего-то и остаться без благословения, то должны сильно привязать к этому своё сердце. Чем сильнее наша печаль, когда мы чего-то лишаемся, тем яснее это свидетельствует о том, сколь сильным было наше упование на то, что доставляло нам удовольствие. Посему, если вы используете средства с верой, то должны прилагать к ним и молитву Богу. Наилучший способ проверить, зависимы ли вы от средств, - это понаблюдать, как вы реагируете, когда средства подводят вас: наше доверие имеет истинное основание, если в таких ситуациях мы все еще полагаемся на Бога, поскольку Он неизменен, веря, что Он приготовил свой способ  помочь нам, - то ли Он даст эту помощь Своим непосредственным вмешательством, то ли через какие-то иные, новые средства. Самая большая честь, которую мы можем оказать Богу, если не видим перед собой ничего, кроме противного всем нашим ожиданиям, - это отвести взгляд от всего земного внизу и обратить весь свой взор ввысь, взирая на Его вседостаточность. [p. 223-225].

 

Выражать благодарность на словах – хорошо, но выражать ее на деле – еще лучше. Листья хороши, но плоды лучше, и из всех плодов лучший тот, который обходится нам дороже всего. Для истинной хвалы необходим весь человек: его проницательность в оценке чего-то; память помогающая ему бережно хранить в своем сердце добро; воля в принятии решений; любовь, помогающая ему радоваться; язык, благодаря которому он говорит, и жизнь, позволяющая ему являть богатства Божьего благоволения. О чем мы можем думать! О чем мы можем вспомнить! На что мы можем решиться! О чем мы можем говорить! Что во всей нашей жизни мы можем выразить лучше, чем хвалу Тому, о Котором сказано: «Ибо все из Него, Им и к Нему» (Рим. 11:36)? Благочестивые люди несравненно более благодарны за наименьшие блага, чем плотские люди – за наибольшие. [p. 255].

 

Даже если бы мы обрели все, что только желает наше сердце, но при этом нас оставил бы Бог, то что бы осталось в нас, кроме проклятия и пустоты? Что делает небеса небесами, если не присутствие Божье? И что делает ад адом, если не Его отсутствие в нем? Будем же черпать в Боге истинное утешение даже в самом страшном испытании. В трудные времена, мы, как правило, больше ищем Бога, чем во времена покоя. Когда между нами и творением опускается завеса, тогда мы поднимаем глаза к Богу и начинаем видеть Его яснее. Наша великая мудрость – в познании Бога, наша святость – в любви к Нему, а наше счастье – наслаждаться Им. Мы обращаемся к нашему сокровищу, когда отчаянно нуждаемся в нем; мы живем нашим сокровищем и оцениваем себя соответственно ему. Тщетность и пустота, которые мы находим в творении, учат нас, что счастье не в нем. Творение призвано направлять нас к Богу. Творение может сделать нас хуже, но оно не может сделать нас лучше. Наша природа выше всего сотворенного, мы предназначены для большего блага. Только Бог – самый великий и богатый из всех уделов. Давайте же трудиться, дабы наша вера была столь великой, сколь велик и ее объект. Если бы наша вера была в сотни раз больше, мы бы обрели в сотни раз больше Божьих благословений. Мы ограничены своей собственной верой, но не Богом. Когда пророк Илия пришел в дом вдовы, все сосуды, которые были в доме, наполнились маслом. [p. 273-274].



Обновлен 04 мая 2017. Создан 29 апр 2017